В гостях у сказочницы

Элинайа Санлайт, авторская страница.

Чайка... А чайка ли я? (книга "Изобилие")

– Итак... Приглаживаем перья, расправляем крылья, голову держим повыше, взглядом пытаемся охватить всё пространство. Главное никакого страха, никакой неуверенности в себе и слабости... Помните, мы сильные, мы яркие, мы неповторимые и главное, самое главное — мы умеем летать. Что для этого надо? Ничего особенного, просто расправить крылья, оттолкнуться от земли и полететь. Правда здорово? - спрашивала я притихших птенцов.

– Но вдруг у меня ничего не получится — робко спросил один из них.

– Не получится?... Ты же ещё и не пробовал... - постаралась успокоить я его - Знаете, мы рождены для полетов и рождаясь, каждая из нас чувствует свое истинное предназначение. Спрашиваете, для чего рождены чайки? Для полетов — отвечу я вам. Каждая чайка умеет летать и она любит летать, она делает это хорошо. Она делает то, что любит делать... И полеты - это её жизнь. Возможно, многие не понимают этого, ибо не видят одной простой вещи, не замечают, проходят мимо.

– Что это за вещь? — спросили птенцы.

– Часто мы, чайки, своё внимание направляем на незначительные, обыденные, не важные вещи, мы называем это бытом, путая с бытием, и объясняем себе всё тем, что каждая чайка должна жить, а чтоб жить ей нужна еда, ей нужен кров и ей нужна защита. Чайки ищут стабильности и забывают о полетах. Они забывают о том, что у них есть белоснежные великие крылья, которые доставят их куда угодно. Часто проживают свою жизнь, так и не вспомнив о полетах, не изведав просторов, не достигнув высот. Они счастливы, по своему счастливы, но иногда им кажется, что что-то они упустили, не сделали, не успели и начинают грустить. Они думают, что жизнь прошла мимо...

– А что же делать? - спросил всё тот же любопытный птенец.

– Вспомнить чему я вас учила: «Приглаживаем перья, расправляем крылья и... летим...»

– Но ведь время упущено? - уже несколько птенцов осмелились задать вопрос.

– Время есть, у вас есть время для всего... для полетов, для жизни, для бытия...

– Но когда же мы полетим? — загалдели все птенцы разом.

– Да хоть прямо сейчас, зачем откладывать на завтра — предложила я.

Но птенцы сбились в плотную кучку и нерешительно топтались на месте. Как же, и хочется и боязно...

– Мало ли чего порассказала эта чайка — думали они — не всему же верить будешь. Она говорит одно, и демонстрирует полеты. Да, да они красивы, они необычны и так и хочется, тоже вот так оторваться от земли и полететь. Посмотреть самому, что же там за горизонтом. Да, это манит... Но с другой стороны, сколько же есть чаек, живущих рядом, и никогда не летавших далеко, держащихся своего собственного берега и выглядящих вполне счастливо. Они довольны жизнью и их совсем не привлекают дальние полеты, перелеты, цели, горизонты и мечты. Ведь для чего рождается каждая чайка? Для того, чтобы прожить достойно свою собственную жизнь. Она одна, и за это отпущенное время, нужно многое успеть, столько всего положено исполнить среднестатистической чайке за такую короткую жизнь, что ей просто некогда отвлекаться на какие-то там полеты за горизонты. Ей не то, что летать, ей голову вверх поднять некогда. И кому верить... — думали птенцы.

– Да, каждая чайка, рождена для того, чтобы прожить свою жизнь ярко, незабываемо и достойно. Но не в том понимании, чтобы это оценили другие, а в том, что в конце пути эта чайка сможет сама оценить достигла ли она всего, о чём мечтала, чего хотела и к чему стремилась. И задать себе вопрос: «А стремилась ли я?» Ведь могла же она просто жить, как другие чайки, быть одной сплоченной стаей со своими правилами, устоями и предназначениями. А мне кажется, что предназначение каждой чайки в том, чтобы быть не похожей, ведь если вокруг все разные, значит и мир будет вокруг нас разнообразнее. Ведь что такое этот мир? Это всего лишь моё отражение — думала я в это время. И если каждый будет отражать не то, что другие, значит и мир станет большим разнообразным и неповторимым калейдоскопом, а не серым и безликим...

Я и не заметила, что стала размышлять вслух.

– Что нужно чайке? Радость. А в чём эта радость каждая чайка решает сама, но ни одна чайка не сможет решить для себя нужны ей полеты или нет, если она даже не попробовала летать. Она же не сможет судить о том, чего не познала. Опыт? Опыт... Это ответ на вопрос, ибо только исследуя сама, познавая лично, я смогу составить, найти свой собственный ответ и это будет мой опыт...

Я ходила по этому берегу туда-сюда и размышляла. Я не замечала притихших птенцов, моих учеников, которых привели их родители.

Старейшина нашей стаи решил, что если я побывала на таких далеких берегах, которые остальным даже и не снились, значит я смогу научить этих несмышленых птенцов чему-то мудрому и вечному. Я смогу рассказать им о чуде бытия, о смысле жизни. Ведь каждая чайка не просто так рождается. Она приходит в этот мир с определенной задачей и смыслом её жизни становится выполнение этого самого предназначения. И что получается? Прожитая жизнь будет бессмысленной, если чайка так и не узнала для чего она жила. Неужели она уйдет в небытие невежественной и непросветленной? И стая нашла выход: они поручили мне, как самой любознательно и многое повидавшей, воспитание молодого поколения чаек. Но что я могу рассказать? Если я говорю им о полетах, а они смотрят вверх и сомневаются. Ведь не все чайки летают, откуда им знать к каким из них следует отнести и себя. И начинаются сомнения.

Я показываю им всю красоту полета, я пою им о других берегах, а они считают это сказкой.

Я рисую им на песке свои замыслы и идеи, а они переступают с лапки на лапку и думают об игре. Ну какой из меня учитель? Спрашивала я то ли себя, то ли отсутствующего старейшину.

– Учителя бывают разные, предметы тоже — услышала я тихий голос.

– Давно я не слышала голосов — удивилась я — И что же? Чтобы быть учителем, хорошим учителем, нужно досконально знать преподаваемый предмет. А я? Я всего лишь люблю летать, я знаю лишь то, что когда-то боялась оттолкнуться и полететь, покинуть своё безопасное и стабильное место, но всё-таки я полетела и с тех пор я летаю. Я только и делаю, что наслаждаюсь полетом, мне драгоценна каждая секунда моей жизни ибо она предназначена полету. Это моя радость, и это моё предназначение. А откуда мне знать для чего рождаются чайки? Я ведь даже не знаю чайка ли я? Это так принято в нашей стае, что мы чайки. Так, наверное, когда -то сказала, Великая Птица и с тех пор никто и никогда не подвергал сомнению это определение. А вдруг мы даже не чайки?... - я даже задохнулась от этого крамольного предположения. И неужели я могу быть хороши учителем, если я даже не знаю кто я такая...

– Хороший учитель никогда не знает досконально того, чем делится другими. Он делится, он показывает, он предполагает, он проверяет, он отдает энергию и на место этой отданной силы, он получает новую. А новое всегда не такое как было... И значит он взамен получает новые знания... Которыми спешит поделиться с другими... И всё движется по кругу.

– Но есть же какая-то точка, отсчета в конце концов — крикнула я.

– Начало это конец, а конец это начало. Ты не увидишь точку стабильную и незыблемую, она тоже любит летать — пошутил голос.

– Сложно, даже для меня всё это очень сложно. Как же я смогу передать это другим, вот этим несмышленым малышам? — удивилась я.

– Отвлекись на мгновение от своих сомнений и посмотри на них — посоветовал голос.

– А что? Можно полететь — решали в это время птенцы - Рано или поздно всё равно придется это испытать — галдели одни — ведь когда мы закончим этот класс, нас вытолкнут из гнезда.

И они готовы были полететь вот так вот сразу и без подготовки. Зачем ждать, если можно посмотреть на всё самим и потом решать самому - для меня эти полеты или нет? - говорили они.

– Да зачем торопить жизнь — отвечали им другие — Если лететь придётся, так зачем торопиться, другим-то виднее когда придет то самое время... И тогда мы полетим, нас вытолкнут из гнезда и мы узнаем, что это такое — свободный полет., а стоит ли торопиться, вот в чём вопрос...

Я слушала разноголосый хор этих голосов и спросила свой собственный внутренний голос, ведь это он временами напоминал мне, подсказывал и успокаивал:

– И что, ты считаешь, что я хороший учитель? Посмотри на это сборище молодых чаек, не знающих чего они хотят, к чему им стремиться и хотят ли они вообще летать... Они даже не могут прийти к единому мнению — печально говорила я — а ты говоришь - учитель. Зря, зря я согласилась на эту авантюру — решительно сказала я сама себе.

– Каждый из нас учитель — великий и неповторимый учитель — ответил мне тихо голос. Думаешь, ты учишь других? Нет они учатся у тебя. Спрашиваешь, разве это не одно и тоже? Нет, это противоположности. Когда учишь ты — ты даёшь другим то, что считаешь нужным им дать. А когда учатся у тебя, это значит другие берут у тебя то, что считают для себя нужным и важным. «Учить» и «учиться» не всегда будут совпадать... И поверь мне, хороший учитель не будет учить, он просто даст возможность другим учиться у него, брать то, что им необходимо. И эти чайки, не все будут летать... Умеют все, но любят не многие. Но если делаешь, то что любишь, ты делаешь это хорошо, не так ли?

– Может и так, но не всё получается, и кажется временами — всё напрасно, просто зря. И тогда я задаю сама себе вопрос: зачем я вообще взялась за это, когда возникает столько проблем, недоработок и размышлений — недоумевала я.

– Это называется опыт... Твой собственный неповторимы опыт — ответил голос.

Я вздохнула, оглянулась, улыбнулась притихшим птенцам и сказала:

– Да что я вам здесь всё это рассказываю? Полёт — вот, что для меня главное, и моё предназначение в этой жизни. Полёты... раскрыть в себе всю силу, всю красоту свободного полета. И неважно чайка я или какая-нибудь другая птица, которую по ошибке назвали чайкой. Важно лишь, что мне нравится летать, просто летать. Мне поручили научить вас жизни, передать вам свой опыт, рассказать о вашем предназначении. И что? Разве могу я знать о вашем предназначении, если я постигаю и совершенствую своё собственное? И я не буду много говорить, я просто покажу вам всю красоту свободного полета, а вы решайте сами — лететь вам сейчас или потом, да и летать ли вообще.

Я ласково коснулась крылом того любопытного малыша и ...

– Приглаживаем перья, расправляем крылья, оглядываемся вокруг, улыбаемся отражающему миру и летим — восторженно комментировал мои действия этот птенец.

– И летим... просто летим... - ответила я ему, сделав над ним круг...

© 2011 Элинайа Санлайт